Рекомендации Научно-консультативного совета при Арбитражном суде Поволжского округа по вопросам, связанным с применением норм материального и процессуального права (г. Казань, 12.11.2021)

Р Е К О М Е Н Д А Ц И И

Научно-консультативного совета

при Арбитражном суде Поволжского округа

по вопросам, связанным с применением норм

материального и процессуального права

12 ноября 2021 года

г. Казань (ВКС)

1. В каких случаях судебные издержки подлежат отнесению на уполномоченные органы, выступающих ответчиками по спору о признании права собственности на самовольную постройку?

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ‒ АПК РФ) судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В части 1 статьи 110 АПК РФ предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При этом распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016  № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесённые в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2017 № 86-КГ17-4 и от 12.07.2016 № 22-КГ16-5, под оспариванием прав истца ответчиком следует понимать совершение последним определенных действий, свидетельствующих о несогласии с предъявленным иском, например, подача встречного искового заявления, то есть наличие самостоятельных претензий ответчика на объект спора.

При этом под оспариванием прав истца ответчиком следует понимать совершение последним определённых действий, свидетельствующих о несогласии с предъявленным иском, например, подача встречного искового заявления, то есть наличие самостоятельных претензий ответчика на объект спора.

Таким образом, сам факт выдвинутых уполномоченным органом возражений по вопросу допустимости легализации объекта либо относительно представленных доказательств не является безусловным основанием для возложения на него судебных расходов.

Исходя из общих правовых принципов, иск о признании права собственности на самовольную постройку направлен на легализацию объекта недвижимости вследствие нарушений, допущенных самим истцом, в связи с чем издержки при удовлетворении такого иска не подлежат отнесению на уполномоченные органы, поскольку удовлетворение требований не обусловлено установлением факта нарушения оспариваемых прав заявителя ответчиком.

Между тем не исключается распределение судебных издержек в общем порядке, в случае, если в рамках данной категории исков, уполномоченный орган, оспаривая требования, самостоятельно инициировал назначение экспертизы (дополнительной, повторной, комплексной), с целью опровержения доказательств представленных истцом, для цели легализации самовольной постройки, предъявил встречный иск о сносе самовольно возведенной постройки либо допустил злоупотребление процессуальными правами.

2. В каком порядке подлежит рассмотрению требование о прекращении ограниченного вещного права на земельный участок, в том числе, в случае нахождения на нем объектов недвижимости, если в отношении такого землепользователя, включая унитарные предприятия, введена процедура конкурсного производства?

Согласно абзацу первому пункта 2 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» (далее ‒ Закон № 137-ФЗ) юридические лица, за исключением указанных в пункте 1 статьи 20 Земельного кодекса Российской Федерации (далее ‒ ЗК РФ) юридических лиц, обязаны переоформить право постоянного (бессрочного) пользования земельными участками на право аренды земельных участков или приобрести земельные участки в собственность по своему желанию.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.12.2003 № 512-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Законодательного Собрания Нижегородской области о проверке конституционности положения абзаца первого пункта 2 статьи 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» указано, что в соответствии со статьей 20 ЗК РФ право постоянного (бессрочного) пользования земельными участками, возникшее у юридических лиц до введения в действие данного Кодекса, сохраняется за правообладателями (пункт 3), которые не вправе распоряжаться этими земельными участками (пункт 4).

В соответствии со статьей 39.9 ЗК РФ (действующего с 01.03.2015) земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, предоставляются в постоянное (бессрочное) пользование исключительно органам государственной власти, государственным муниципальным учреждениям, казенным предприятиям и центрам исторического наследия.

В силу пункта 3 статьи 3 Закона № 137-ФЗ оформление в собственность граждан земельных участков ранее предоставленных им в постоянное (бессрочное) пользование, пожизненное наследуемое владение в установленном земельном законодательстве случаях, а также переоформление прав на земельные участки, предоставленные на праве постоянного бессрочного пользования государственным или муниципальным унитарным предприятиям сроком не ограничивается.

Согласно пункту 1 статьи 131 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ‒ Закон № 127-ФЗ) все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства, и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Системные положения статей 128, 261, 268 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ‒ ГК РФ) и статьи 131 Закона № 127-ФЗ указывают, что ограниченное вещное право к имуществу, подлежащему исключению из конкурсной массы не отнесено.

В постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.09.2011 № 4344/11 разъяснено, что ни ЗК РФ, ни Закон № 127-ФЗ, не содержат запрет на переоформление предприятием права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, при этом право постоянного (бессрочного) пользования представляет собой имущественный актив и переоформление такого права влечет за собой увеличение объема имущества, за счет которого в последствии могут быть удовлетворены требования кредиторов.

По смыслу пункта 1 статьи 126 Закона № 127-ФЗ, и статьи 148 АПК РФ, порядок прекращения права аренды должника, зависит от того, является ли право должника активом, который может быть реализован для соразмерного удовлетворения требований несостоятельного должника (арендатора) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 08.09.2016 № 309‑ЭС16-4636, от 14.08.2018 № 305‑ЭС18‑8136).

В связи с чем для определения порядка рассмотрения спора по требованию публичного собственника о прекращении ограниченного вещного права на земельный участок у землепользователя (абзац третий пункта 3 статьи 5 ЗК РФ), в отношении которого введена процедура конкурсного производства, необходимо, прежде всего, определить возможность включения такого права (либо иного актива (право аренды, собственность), возникшего в результате переоформления права постоянного (бессрочного) пользования), в состав конкурсной массы для последующей его реализации в процедуре банкротства, в качестве имущества должника, с целью удовлетворения требований кредиторов.

Вместе с тем необходимо учитывать особенности участия в гражданском обороте унитарных предприятий, имеющих специфику использования земельных участков, находящихся в публичной собственности.

Согласно пункту 1 статьи 1 ЗК РФ единство судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов является основным принципом, по которому все прочно связанные с земельным участком объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В силу пункта 1 статьи 35 ЗК РФ и пункта 3 статьи 552 ГК РФ при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.

Согласно абзацу третьему пункта 13 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» объект недвижимости находится на земельном участке, принадлежащем продавцу на праве постоянного (бессрочного) пользования, а покупателю согласно статье 20 ЗК РФ земельный участок на таком праве предоставляться не может, последний как лицо, к которому перешло право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком в связи с приобретением здания, строения, сооружения (пункт 2 статьи 268, пункт 1 статьи 271 ГК РФ), может оформить свое право на земельный участок путем заключения договора аренды или приобрести его в собственность в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 3 Закона № 137‑ФЗ.

Таким образом, при передаче здания (строения) в процедуре несостоятельности унитарного предприятия, к покупателю таких объектов переходит и право постоянного бессрочного пользования на земельный участок, которое подлежит переоформлению на право аренды, при этом, указанный ограниченный титул должен учитываться в качестве имущественного актива входящего в состав конкурсной массы, для целей определения стоимости реализации зданий и сооружений, принадлежащих такому должнику.

Положениями пункта 2 статьи 126 Закона № 127-ФЗ с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника ‒ унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Между тем, в силу Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» унитарное предприятие обладает специальной правоспособностью и наделяется собственником имуществом, необходимым для осуществления хозяйственной деятельности, виды и цели которой определены в уставе.

В связи с этим закрепление государственного имущества за таким предприятием, с учетом цели конкурсного производства, по общим правилам должно повлечь включение таких объектов в конкурсную массу и их реализацию в частную собственность в особом порядке их приватизации, при этом действия собственника по безвозмездному изъятию такого имущества, подлежащего включению в состав конкурсной массы могут признаваться незаконным.

Системный анализ данных норм указывает, что при реализации объектов недвижимости, включенных в конкурсную массу унитарного предприятия, к покупателю переходят и права на земельный участок, в том числе и ограниченное вещное право, подлежащее переоформлению, поскольку юридические лица за исключением указанных в пункте 2 статьи 39.9 ЗК РФ юридических лиц обязаны будут переоформить право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком (пункт 2 статьи 3 Закона № 137-ФЗ).

В силу статьи 20 ЗК РФ, 39.9 ЗК РФ и пункта 2 статьи 3 Закона № 137-ФЗ государственным и муниципальным унитарным предприятиям, основанным на праве хозяйственного ведения, право постоянного (бессрочного) пользования может быть переоформлено только на право аренды.

В пункте 20 Обзора Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021, разъяснено, что в силу подпункта 2 пункта 5 статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» при банкротстве государственных унитарных предприятий принадлежащие им как арендаторам права и обязанности по договорам аренды земельных участков, находящихся в публичной собственности, не могут быть переданы иным хозяйствующим субъектам, в том числе посредством проведения торгов.

Поскольку спецификой законодательного регулирования в отношении государственных унитарных предприятий установлен запрет на передачу прав и обязанностей по договору аренды земельного участка, находящегося в публичной собственности (кроме концессионного соглашения), такое право аренды, в том числе, приобретенное в результате переоформления права постоянного (бессрочного) пользования, не может признаваться активом, который подлежит включению в конкурсную массу должника унитарного предприятия, для цели последующей продажи.

Вместе с тем, исходя из общих принципов земельного законодательства, и отсутствия специальных положений в нормах Закона № 127‑ФЗ, при реализации строений к покупателю будет переходить и право аренды либо ограниченное вещное право, которое имело унитарное предприятие.

В соответствии с пунктом 2 статьи 555 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором продажи недвижимости, установленная в нем цена здания, сооружения или другого недвижимого имущества, находящегося на земельном участке, включает цену передаваемой с этим недвижимым имуществом соответствующей части земельного участка или права на нее.

При таких обстоятельствах при продаже недвижимости переходящее к покупателю право аренды (либо иное право) признается активом, стоимость которого учитывается при формировании цены на недвижимость.

Вместе с тем предусмотренный законом запрет на приватизацию земельного участка в собственность, в порядке переоформления права постоянного (бессрочного) пользования, установлен исключительно в отношении унитарных предприятий, при этом названные предприятия обязаны обеспечить заключение договора аренды земельного участка, однако, в случае приобретения у такого должника (продавца) в ходе конкурсного производства зданий (сооружений) к покупателю переходит, соответственно, право постоянного (бессрочного) пользования либо переоформленное право аренды, с возможностью последующего выкупа земельного участка в собственность, что также свидетельствует о приобретении имущественного актива.

Согласно пункту 1 статьи 552 ГК РФ и разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.

Таким образом, поскольку при продаже объектов недвижимости должника в ходе процедуры конкурсного производства, права на земельный участок переходят, к покупателю в том же объеме, а и их стоимость включается в стоимость договора, рассмотрение спора о прекращении права постоянного (бессрочного) пользования, вне рамок дела о банкротстве может существенно влиять на определение цены имущества и, как следствие, на права конкурсных кредиторов.

С учетом изложенного, требование о прекращении ограниченного вещного права на земельный участок, в случае нахождения на нем объектов недвижимости, если в отношении такого землепользователя, включая унитарные предприятия, введена процедура конкурсного производства, подлежит рассмотрению в деле о банкротстве.

Исходя из общих принципов законодательного регулирования, рассмотрение таких споров с нарушением установленного порядка, не может являться безусловным основанием для отмены судебных актов.

Необходимо учитывать и правила части 1 статьи 38 АПК РФ, применяемые с учетом разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 54 «О некоторых вопросах подсудности дел по искам о правах на недвижимое имущество», согласно которым иски о правах на недвижимое имущество предъявляются в арбитражный суд по месту нахождения этого имущества. К искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, об установлении сервитута, о разделе имущества, находящегося в общей собственности, о признании права, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста. По месту нахождения недвижимого имущества также рассматриваются дела, в которых удовлетворение заявленного требования и его принудительное исполнение повлечет необходимость государственной регистрации возникновения, ограничения (обременения), перехода, прекращения прав на недвижимое имущество или внесение записи в Единый государственный реестр прав в отношении сделок, подлежащих государственной регистрации.

3. Исключен.

4. Исключают ли положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» возможность предъявления иска к руководителю общества, который на момент исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц уже не являлся контролирующим лицом?

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее ‒ Закон № 14‑ФЗ) исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ, отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По правилам пункта 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Положения пунктов 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ относят к контролирующим лицам не только тех, кто в силу закона, иного правового акта или учредительного документа имеет возможность руководить деятельностью юридического лица, но и тех, у кого имелась фактическая возможность определять действия юридического лица. Правовой статус последних необязательно должен быть установлен каким-либо актом, учредительным документом, его наличие проверяется судом непосредственно в ходе судебного разбирательства, исходя из имеющихся в деле доказательств.

По правилам статьи 64.2 ГК РФ, введенной в действие Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации», исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо ‒ прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом от 08.08.2001 № 129‑ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (пункт 9 статьи 63 и пункт 1 статьи 61 ГК РФ).

Таким образом, пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ отказ основного должника от исполнения обязательства обусловлен фактом прекращения его правоспособности, а возникновение у лиц, поименованных в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, субсидиарной ответственности, их недобросовестным или неразумным поведением, приведшим к возникновению у кредитора убытков.

Учитывая изложенное, субъектом защиты являются материально-правовой интерес кредитора, субъектами юридической ответственности являются лица, поименованные в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ. Основанием юридической ответственности является наличие причинно-следственной связи между недобросовестным или неразумным поведением субъектов ответственности по отношению к интересам кредитора и наступившими для него неблагоприятными последствиями.

Таким образом, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ не исключают возможность предъявления иска к руководителю или иному ответственному лицу, фактически определявшим действия основного должника, которые на момент исключения общества из ЕГРЮЛ уже утратили статус контролирующего лица, если между их недобросовестным или неразумным поведением и возникшими у кредитора убытками существует причинно‑следственная связь.

5. Является ли существенным пороком ненормативного правового акта антимонопольного органа не указание антимонопольным органом конкретного пункта при квалификации нарушения по части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», учитывая, что указанный в данной части перечень нарушений является открытым?

В соответствии с частью 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее ‒ Закон № 135-ФЗ) запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, в том числе следующие действия (бездействие): далее указано 11 конкретных пунктов действий (бездействий), запрещенных положениями данной статьи.

Использованная законодателем формулировка «в том числе следующие действия (бездействие)» означает, что данный перечень является открытым.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» в отношении действий (бездействия) доминирующих на рынке субъектов, прямо поименованных в пунктах 1 ‒ 11 части 1 статьи 10 Закона № 135-ФЗ, антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта образует один из видов злоупотреблений, названных в указанных пунктах. В остальных случаях антимонопольный орган обязан доказать, что поведение хозяйствующего субъекта является злоупотреблением, допущенным в одной из двух форм: недопущение, ограничение, устранение конкуренции на товарных рынках; причинение вреда иным участникам рынка, иное подобное ущемление прав участника рынка.

Таким образом, отсутствие в решении антимонопольного органа ссылки на конкретный пункт части 1 статьи 10 Закона № 135-ФЗ может свидетельствовать о наличии существенного порока этого ненормативного правового акта, если содержание решения не позволяет определить суть антимонопольного нарушения по вышеуказанным критериям.

6. В каком порядке должно производиться обращение взыскания на заложенное движимое и недвижимое имущество по правилам статьи 73 Налогового кодекса Российской Федерации при неисполнении налогоплательщиком обязанности по уплате причитающихся сумм налога или сбора: в судебном порядке по иску налогового органа по правилам гражданского судопроизводства или во внесудебном порядке в рамках полномочий налогового органа, наложившего арест на указанное имущество в порядке статьи 77 Налогового кодекса Российской Федерации в качестве способа обеспечения исполнения решения налогового органа о взыскании налога, пеней и штрафов, учитывая, что в соответствии со статьей 47 Налогового кодекса Российской Федерации постановление налогового органа о взыскании налога за счет имущества налогоплательщика является исполнительным документом?

Согласно пункту 2 статьи 73 Налогового кодекса Российской Федерации (далее ‒ НК РФ) залог имущества возникает на основании договора между налоговым органом и залогодателем либо на основании закона в случае, предусмотренном пунктом 2.1 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 2.1 статьи 73 НК РФ в случае неуплаты в течение одного месяца задолженности по налогам (сборам, страховым взносам), указанной в решении о взыскании, исполнение которого обеспечено наложением ареста на имущество в соответствии с настоящим Кодексом, либо вступления в силу решения, предусмотренного пунктом 7 статьи 101 настоящего Кодекса, исполнение которого обеспечено запретом на отчуждение (передачу в залог) имущества налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента) без согласия налогового органа, имущество, в отношении которого применен указанный в настоящем пункте способ обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов (сборов, страховых взносов) или принята обеспечительная мера, признается находящимся в залоге у налогового органа на основании закона.

Пунктом 12.1 статьи 77, пунктом 11 статьи 101 НК РФ предусмотрено, что после принятия решения об обеспечительных мерах в виде запрета на отчуждение имущества, ценных бумаг налогоплательщика без согласия налогового органа, либо приостановления операций по счетам в банке (статья 101), либо ареста имущества (статья 77) по просьбе налогоплательщика-организации налоговый орган вправе принять решение о замене обеспечительных мер, в частности, на залог имущества налогоплательщика-организации, оформленный в соответствии с пунктом 2 статьи 73 НК РФ (договор залога).

При неисполнении налогоплательщиком (плательщиком сбора, плательщиком страховых взносов) обязанности по уплате причитающихся сумм налога (сбора, страховых взносов) и соответствующих пеней налоговый орган осуществляет исполнение этой обязанности за счет стоимости заложенного имущества в порядке, установленном гражданским законодательством Российской Федерации (пункт 3 статьи 73 НК РФ).

В пунктах 1, 4 статьи 349 ГК РФ установлено, что обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество. 

Следовательно, в случае обращения взыскания на имущество, право залога на которое возникло у налогового органа в силу закона (пункт 2.1 статьи 73, пункты 1-3, 6 статьи 77 НК РФ), уполномоченный орган обязан обратиться в суд с исковым заявлением об обращении взыскания на заложенное имущество налогоплательщика-организации.

Если же право залога возникло у уполномоченного органа на основании договора залога (абзац второй пункта 2 статьи 73, пункт 12.1 статьи 77 НК РФ), содержащего условие о возможности обращения взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, то такое обращение взыскание допустимо, за исключением случаев, прямо указанных в части 3 статьи 349 ГК РФ.

Следует отметить, что в силу пункта 5 части 1 статьи 12 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» постановление налогового органа о взыскании налога за счет имущества налогоплательщика, принимаемое в порядке статьи 47 НК РФ, является исполнительным документом. Между тем, указанное постановление не относится к исполнительным документам, на основании которых может быть обращено взыскание именно на заложенное имущество, поскольку пунктом 1 статьи 78 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что на заложенное имущество обращение взыскания осуществляется по исполнительному документу – судебному акту, исполнительному листу, исполнительной надписи нотариуса. В приведенном перечне отсутствуют документы, принимаемые налоговыми органами в порядке статьи 47 НК РФ.

7. Подлежат ли применению финансовые санкции, в случае представления страхователем в дополнение к ранее представленным за соответствующий отчетный период индивидуальных сведений оработающих у него застрахованных лицах, в отношении которых сведения за данный отчетный период ранее не были представлены и срок представления указанных сведений истек (абзац четвертый пункта 40 Инструкции о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о зарегистрированных лицах, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 22.04.2020 № 211н)?

Страхователь ежегодно не позднее 1 марта года, следующего за отчетным годом (за исключением случаев, если иные сроки предусмотрены настоящим Федеральным законом), представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско‑правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах начисляются страховые взносы) сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 11 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» от 01.04.1996 № 27-ФЗ (далее – Закон № 27-ФЗ); ежемесячно не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным периодом ‑ месяцем, страхователь представляет сведения о каждом работающем у него застрахованном лице, указанные в пункте 2.2 статьи 11 Закона № 27-ФЗ).

Страхователь имеет право дополнять и уточнять переданные им сведения о застрахованных лицах (часть 1 статьи 15 Закона № 27-ФЗ).

За непредставление страхователем в установленный срок либо представление им неполных и (или) недостоверных сведений, предусмотренных пунктами 2-2.2 статьи 11 Закона № 27-ФЗ, к такому страхователю применяются финансовые санкции в размере 500 рублей в отношении каждого застрахованного лица (абзац третий статьи 17 Закона № 27-ФЗ).

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 21.12.2016 № 766н была утверждена и действовала до 27.07.2020 Инструкция о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о застрахованных лицах (далее – Инструкция № 766н), согласно абзацу третьему пункта 39 которой страхователь вправе при выявлении ошибки в ранее представленных и принятых территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации индивидуальных сведениях в отношении застрахованного лица до момента обнаружения ошибки территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации самостоятельно представить в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации уточненные (исправленные) сведения о данном застрахованном лице за отчетный период, в котором эти сведения уточняются, и финансовые санкции к такому страхователю не применяются.

При этом ни Закон № 27-ФЗ, ни Инструкция № 766н не устанавливали сроков представления дополнительных и уточняющих сведений о застрахованных лицах при самостоятельном обнаружении ошибок.

В судебной практике в части применения абзаца третьего пункта 39 Инструкции № 766н существовала позиция, что самостоятельное выявление ошибки до ее обнаружения Пенсионным фондом Российской Федерации, а также представление дополнительных сведений на основании уведомления Пенсионного фонда Российской Федерации (дополнительное представление сведений СЗВ-М отношении застрахованных лиц, которые не были представлены первоначально) допускает возможность не применять к организации финансовые санкции, предусмотренные статьей 17 Закона № 27-ФЗ (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2019 № 306-ЭС19-23114, Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 305-ЭС19-2960, пункт 38 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, постановления Арбитражного суда Дальневосточного округа от 10.04.2017 по делу № А16‑1601/2016, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.10.2020 по делу № А75-3656/2020, Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 01.03.2018 по делу № А38-4082/2017, Арбитражного суда Поволжского округа от 03.07.2020 по делу № А57-23496/2019).

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 22.04.2020 № 211н утверждена Инструкция о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о зарегистрированных лицах (далее – Инструкция № 211н) (зарегистрировано в Министерстве юстиции Российской Федерации 15.07.2020 № 58956); этим же приказом признана утратившей силу ранее действовавшая Инструкция № 766н.

Инструкция № 211н (вступила в силу с 27.07.2020) содержит в пункте 40 три абзаца ранее действовавшего пункта 39 Инструкции № 766н, однако дополнена четвертым абзацем следующего содержания: «в случае представления страхователем в дополнение к ранее представленным за соответствующий отчетный период индивидуальных сведений о работающих у него застрахованных лицах, в отношении которых сведения за данный отчетный период ранее не были представлены и срок представления указанных сведений истек, к такому страхователю применяются финансовые санкции в соответствии со статьей 17 Закона № 27-ФЗ за непредставление индивидуальных сведений на данных лиц в установленный срок».

Вместе с тем, исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 постановления от 14.07.2003 № 12-П, в случаях, когда суды при рассмотрении дела не исследуют по существу фактические обстоятельства, ограничиваясь только установлением формальных условий применения нормы, право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывается существенно ущемленным.

Как разъяснено в пункте 38 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, формальный подход к вопросу привлечения плательщика страховых взносов к ответственности за совершение правонарушения и наложения на него штрафа является недопустимым; любая санкция должна применяться с учетом ряда принципов: виновности и противоправности деяния, соразмерности наказания, презумпции невиновности. Самостоятельное выявление ошибки до ее обнаружения пенсионным фондом допускает не применять к страхователю финансовые санкции, предусмотренные статьей 17 Закона № 27-ФЗ.

Таким образом, суд, руководствуясь принципами виновности и противоправности деяния, соразмерности наказания, учитывая конкретные обстоятельства дела, а также последствия нарушения, вправе не применять к страхователю финансовые санкции, предусмотренные статьей 17 Закона № 27‑ФЗ.

Опубликовано: 29.12.2021 14:10 Обновлено: 29.12.2021 14:18