Не правильное толкование условий договора о начисление неустойки и не применение норм материального права об определение сроков выполнения работ явилось основанием для отмены обжалуемых судебных актов
28 августа 2024 года в Арбитражном суде Поволжского округа состоялось судебное заседание по кассационной жалобе индивидуального предпринимателя Трифонова Александра Евгеньевича на решение Арбитражного суда Пензенской области от 07.02.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2024 по делу № А49-6524/2023.
АО «Спецстроймеханизация» (истец) обратилось в Арбитражный Пензенской области с исковым заявлением к ИП Трифонову А.Е. (ответчик) о взыскании неустойки в размере 114 000 руб. за нарушение сроков выполнения работ по договору подряда, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 7521,68 руб.
Решением Арбитражного суда Пензенской области от 07.02.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2024, иск удовлетворен.
Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился в арбитражный суд с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части взыскания неустойки на сумму 114 000 руб., вынести новое решение, которым в удовлетворении иска в указанной части отказать, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права.
Арбитражный суд Поволжского округа, проверив законность судебных актов в обжалуемой части, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыв на нее, пришёл к следующим выводам.
Как следует из материалов дела и установлено судами, между истцом и ответчиком заключен договор подряда от 09.02.2023 № 09/02/23-1 на выполнение строительно-монтажных работ внутриплощадочного наружного освещения на объекте.
В соответствии с пунктом 4.2 договора истец оплатил ответчику аванс в размере 240 000 руб.
Обращаясь в суд, истец указал, что в соответствии с пунктом 2.3 договора подрядчик должен был приступить к выполнению работ согласно пункту 2.1 договора, которым установлена дата начала выполнения комплекса работ: 09.02.2023. В пункте 2.2. договора определена дата окончания выполнения всего комплекса работ: 30.03.2023.
В связи с тем, что подрядчик к выполнению работ не приступил, истцом 03.05.2023 в его адрес было направлено уведомление от 03.05.2023 № 122 о расторжении спорного договора с требованием о возврате неотработанного аванса, с указанием на то, что договор считается расторгнутым 15.05.2023.
В связи с нарушением срока выполнения работ истец на основании пункта 12.2 договора начислил ответчику неустойку в размере 114 000 руб.
Расчет договорной неустойки за нарушение срока выполнения работ: 1 200 000 руб. х 0,1% х 95 дн. = 114 000 руб., где 95 дней – количество дней просрочки с 10.02.2023 по день прекращения действия договора ‑ 15.05.2023.
В ходе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции истец ссылался на то, что срок начала выполнения работ установлен в пункте 2.3 договора с отсылкой на пункт 2.1, в котором указана конкретная дата начала производства работ: 09.02.2023. Ответчик же утверждал, что работы согласно пункту 2.3 договора должны быть начаты в день подписания сторонами акта приема-передачи строительной площадки, на что также указано в графике производства работ.
В материалы дела в суде первой инстанции каждой из сторон были представлены копии договора подряда от 09.02.2023 № 09/02/23-1 и приложений к нему (график производства работ и смета).
Поскольку редакция пункта 2.3 в экземплярах договоров истца и ответчика не совпадали, суд апелляционной инстанции предложил сторонами представить оригиналы договора и приложений к нему.
Суд апелляционной инстанции установил, что копия договора, представленного истцом, идентична представленному истцом оригиналу, также как и копия договора, представленного ответчиком, идентична оригиналу, представленному ответчиком.
В этой связи, учитывая различную редакцию пункта 2.3 договора в экземплярах истца и ответчика, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при установлении срока выполнения работ подлежат исследованию иные документы, которые позволяют установить такой срок.
В материалы дела сторонами были представлены копии и оригиналы графика производства работ, содержание которых идентично друг другу. В графике производства работ указано следующее: «начало выполнения работ ‑ после подписания акта передачи генподрядчиком подрядчику строительной площадки».
Конечный срок выполнения работ в пункте 2.2 договора в обеих редакциях одинаков, а именно: 30.03.2023.
Арбитражные суды первой и апелляционной инстанций согласились с периодом расчета неустойки (с 10.02.2023, то есть со следующего дня подписания договора), представленным истцом и удовлетворили заявленные исковые требования в указанной части.
Суд кассационной инстанции с указанными выводами судов не согласился в силу следующего.
Заключенный между сторонами по делу договор по своей правовой природе является договором подряда, отношения по которому регулируются помимо общих норм гражданского законодательства главой 37 «Подряд» ГК РФ.
В пункте 12.2. договора стороны согласовали условие, в соответствии с которым за каждый факт нарушения подрядчиком срока выполнения любой части работ, которая должна быть выполнена к соответствующей ключевой дате в соответствии с графиком производства работ и/или договором и/или дополнительным соглашением, генподрядчик вправе требовать, а подрядчик обязан уплатить по требованию следующую штрафную неустойку в размере 0,1% за каждый календарный день нарушения, начиная с первого дня по день окончания срока нарушения от стоимости договора, в отношении которой происходит просрочка.
Из пункта 2.2. договора следует, что весь комплекс работ должен быть завершен не позднее 30.03.2023, что не оспаривается сторонами.
Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что истцом начислена неустойка за нарушение срока выполнения ответчиком работ с 10.02.2023, то есть со следующего дня заключения спорного договора подряда от 09.02.2023 № 09/02/23-1.
В нарушение положение статей 431, 708 ГК РФ при проверке расчета неустойки судами не исследованы указанные выше пункты договора, не дана им соответствующая правовая оценка.
Таким образом, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судами был признан обоснованным расчет неустойки истца, который не соответствует условиям договора и обстоятельствам дела.
Кроме того, ответчик в суде первой инстанции ссылался на уведомление о расторжении договора подряда от 09.02.2023 в одностороннем порядке от 28.04.2023 № 028, которое было направлено им в соответствии с пунктом 10.4 договора по электронной почте в адрес сотрудника истца Полянских А.Р. и из которого следует, что предприниматель, руководствуясь пунктом 15.4 спорного договора и статьей 719 ГК РФ уведомляет истца о расторжении указанного договора, в связи с тем, что в нарушение пункта 2.3 договора генподрядчиком не была передана подрядчику строительная площадка по акту приема-передачи, соответственно приступить к выполнению своей работы и закончить ее в срок у него не было возможности.
Указанные обстоятельства судом первой инстанции не исследованы и не оценены.
Суд же апелляционной инстанции названные доводы отклонил, указав лишь на то, что Полянских А.Р. указана в пункте 10.1 договора в качестве специалиста по приемо-сдаточной документации, в связи с чем, не может быть признана уполномоченным на получение от ответчика такого юридически-значимого сообщения как отказ от исполнения договора, приняв во внимание пояснения истца, который отрицал наличие у Полянских А.Р. полномочий на получение подобного рода корреспонденции.
Вместе с тем, суд кассационной инстанции установлено, что из пункта 10.1 следует, что в целях оперативного взаимодействия сторон в рабочем порядке уполномоченным контактным лицом, в том числе, назначена Полянских А.Р. с указанием на ее должность, как специалист по приемо-сдаточной документации, а также адреса ее электронной почты. При этом, какие-либо ссылки на отсутствие у данного лица полномочий на получение документов по договору, равно как и указание на конкретное лицо, уполномоченное принимать документацию от общества, в тексте договора отсутствуют.
Сам факт получения названного уведомления ответчика истцом не оспаривается.
Заявитель в кассационной жалобе также указывает на отсутствие своей вины в нарушение срока выполнения работ (ранее заявлялось в судах нижестоящих инстанций), сославшись на то, что истец не обеспечил доступ ответчику на строительную площадку в соответствии с положениями пунктов 3.1.3., 3.3.5. договора применительно к пункту 6.4.1. договора об установлении пропускного режима на объекте, соответственно с учетом положений пункта 3.3.4. договора ответчик не мог приступить к выполнению работ, следовательно, и закончить ее в сроки, предусмотренные договором. В результате неисполнения истцом обязательства подписать акт передачи ответчику строительной площадки возникла просрочка кредитора, которая исключает ответственность ответчика за соблюдение сроков исполнения работ в соответствии с пунктом 3 статьи 405 ГК РФ.
В нарушение статьи 71 АПК РФ суды не включили в предмет исследования указанные обстоятельства и не дали какой-либо оценки доводам ответчика о наличии вины истца в просрочке выполнения работ, равно как и судами не устанавливались обстоятельства того, имел ли ответчик возможность приступить к выполнению работ в отсутствие доступа на строительную площадку с учетом приведенных ответчиком доводов об установлении пропускного режима на объекте.
Кроме того, как было указано выше, судом апелляционной инстанции установлено, что в графике производства работ указано «начало выполнения работ – после подписания акта передачи генподрядчиком подрядчику строительной площадки».
Указанные нарушения норм материального и процессуального права явились основанием для отмены судебных актов и направлению дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Опубликовано: 24.09.2024 11:10 Обновлено: 24.09.2024 11:10